Фамилия Берчатов — редкий пример, когда прозвище предка связано не с внешностью или характером, а с ремеслом и узором. В основе лежит слово «бердо» — это гребень ткацкого станка, которым прибивали нить к полотну. Мастера, делавшего такие гребни, называли бердником, а его самого — Берчатый. Но есть и вторая, более тонкая версия: в сибирских говорах прилагательное «берчатый» означало «узорочный», «с тканым нецветным узором». То есть прозвище мог получить не тот, кто делал инструмент, а тот, кто ткал такие узорчатые ткани — по сути, искусный ткач.

Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую модель: Берчатов — «сын Берчатого». Фамилия эта довольно редкая, её географическое ядро, скорее всего, связано с северными или сибирскими регионами, где сохранялись диалектные значения слова. В отличие от массовых фамилий вроде Кузнецов или Ткачёв, Берчатов сохранил в основе не название профессии напрямую, а её узкую, почти цеховую характеристику — «делающий узор».

Если принять версию с бердом, то предок Берчатовых был ремесленником, обслуживающим ткацкое производство. Если же опираться на сибирское «берчатый», то перед нами — потомок мастера, чья работа ценилась за красоту и сложность узора, а не за грубую материю. Спор между этими версиями неразрешим без конкретных архивных записей, но обе они говорят об одном: фамилия возникла в среде мастеровых людей, тесно связанных с текстильным делом.