Фамилия Бердюгин — наглядный пример того, как одно слово может хранить память о древнем ремесле, а заодно и о человеческом характеле. В её основе лежит прозвище Бердюга, которое, скорее всего, относилось к «профессиональным» именованиям — то есть указывало на род занятий человека. Главная версия ведёт к слову «бердо»: так называлась ключевая деталь ткацкого стана, похожая на гребень. Соответственно, Бердюгой могли прозвать либо мастера, который эти бёрда выделывал (бердника), либо самого ткача.

Однако у этой истории есть и второй, бытовой слой. От того же слова «бердо» произошёл глагол «бердить» — «подавшись вперёд, пятиться, откачиваться назад, как бердо». В переносном смысле это означало «трусить, отступать от слова или дела». Так что прозвище Бердюга могло закрепиться и за человеком робким или ненадёжным, который не держал обещаний. Какая из двух версий точнее — сегодня сказать трудно, но обе имеют право на существование, и фамилия могла возникнуть как в одном, так и в другом случае.

Суффикс -ин в фамилии Бердюгин — классический для русской модели образования от основ на -а/-я: он указывал на принадлежность («чей?» — «Бердюгин сын»). Такая модель была особенно распространена в северных и центральных землях России. Сама фамилия относится к довольно редкому типу: в отличие от массовых Иванов или Кузнецов, она не встречается на каждом шагу, что делает её ценным памятником славянской письменности и культуры. О точном месте и времени её возникновения говорить сложно — процесс формирования фамилий был долгим, но ясно одно: за ней стоит живое прозвище, которое когда-то точно описывало своего первого носителя.