Фамилия Берлинтова — женская форма от Берлинтов, и её разговорный, почти диалектный облик сразу бросается в глаза. Вместо привычного книжного «Берлин» мы видим «Берлинт», что выдаёт народную переработку названия немецкой столицы. Такое «наращивание» согласного на конце — обычное дело в русских говорах: скажем, из «Берлина» легко могли сделать «Берлинт», как из «Парижа» — «Париж» (но в другом контексте) или как в фамилиях Парижев, Парижских. Основа здесь — прозвище Берлинт, а не прямое указание на город.

Самая вероятная версия: прозвище Берлинт дали человеку, который побывал в Берлине, торговал с немцами или имел какую-то связь с этим городом. В XVII–XVIII веках, особенно после Северной войны и при Петре I, контакты с Пруссией участились, и «берлинец» в русском быту означало не столько этнического немца, сколько бывалого человека, вернувшегося из чужих краёв. Иногда так могли прозвать и за манеру одеваться «по-берлински» — например, в узкий кафтан или парик.

Менее вероятно, но не исключено, что в основе лежит личное имя Берлинт — вариант крестильного имени, скажем, Варлаам или Бернгард, перекроенный на русский лад. Однако в святцах такого имени нет, а в документах XVII века встречаются единичные «Берлинты» именно как прозвища, а не имена.

Суффикс -ов- в мужской форме Берлинтов указывает на типичную модель притяжательного прилагательного: «чей?» — Берлинтов, то есть сын или потомок Берлинта. Фамилия редкая, географически привязана к центральным и северным губерниям России, где осевшие иноземцы и их обрусевшие потомки оставляли такие «географические» прозвища. Встречается она и в старых переписях Тверской, Ярославской и Вологодской губерний, что косвенно подтверждает её бытовое, а не дворянское происхождение — Берлинтовы были скорее посадскими людьми, купцами или крестьянами.