Фамилия Берсеньева — женская форма от Берсеньев, и её происхождение упирается в неожиданную деталь: прозвище Берсень не имело отношения ни к берёзам, ни к бериллам. В основе лежит тюркское слово «берсень» — так в старину называли крупный крыжовник, а в переносном смысле — колючего, неуживчивого человека. В русских говорах слово закрепилось и даже попало в поговорки: «Берсень — не ягода, а человек — не свой брат». Так что предок носительницы фамилии, скорее всего, получил прозвище за характер: резкий, неуступчивый, с колкостями.

Модель образования типична для русских фамилий XVI–XVII веков: прозвище Берсень → отчество Берсеньев сын → фамилия Берсеньев. Суффикс -ев указывает на принадлежность (чей? — Берсеньев), а женская форма Берсеньева возникла позже, когда фамилии стали передаваться по наследству и жёны/дочери получали окончание -а.

В истории эта фамилия не затерялась в безвестности. Самый известный носитель — Иван Берсень-Беклемишев, московский дипломат и боярин времён Василия III. Он был известен строптивым нравом и открыто критиковал великого князя, за что в 1525 году его казнили. Прозвище Берсень здесь точно отражало суть человека. Впоследствии фамилия встречалась в разных слоях: среди купцов, мещан и крестьян, особенно в центральных губерниях — Московской, Тверской, Ярославской.

Любопытная деталь: фамилия могла писаться через «я» — Берсенев, Берсенева. Путаница возникла из-за того, что в древнерусском языке буква «ять» (ѣ) в некоторых говорах читалась как «е», а в других как «и», и при записи прозвища её заменяли то на «е», то на «я». Поэтому в старых документах один и тот же человек мог фигурировать и как Берсенев, и как Берсеньев. Современное написание Берсеньева закрепило именно «е» после «р», что ближе к исходному тюркскому звучанию.

Таким образом, фамилия Берсеньева — не про сладкую ягоду, а про крепкий орешек в характере предка.