Фамилия Безай — редкий пример, где за коротким звучанием скрывается сразу несколько версий происхождения, и каждая ведёт в другую сторону: к латышскому языку, к украинским диалектам или к особенностям внешности.

Первая и наиболее обоснованная гипотеза связывает прозвище Безай с латышским прилагательным biezs — «толстый, густой». Если это так, то прозвище могло указывать либо на комплекцию человека (полный, тучный), либо, в переносном смысле, на его зажиточность и обеспеченность. Такая модель характерна для балтийского влияния на западных русских землях, где фамилии нередко калькировали местные прозвища.

Вторая версия отсылает к украинскому диалектному слову «без» — «сирень». В этом случае прозвище Безай могли дать человеку, жившему рядом с зарослями сирени, либо тому, кто занимался её разведением. Такие «растительные» прозвища встречаются в сёлах, где топографические приметы становились основой для именования.

Словообразовательная модель фамилии проста: основа Безай оформлена нулевым суффиксом и окончанием, характерным для полных прозвищ. Это не типичная патронимическая форма на -ов/-ев или -ин, а скорее застывшее прозвище, которое перешло в фамилию без дополнительных суффиксов. Такое встречается реже и говорит о том, что фамилия могла закрепиться в среде, где прозвища передавались без изменений.

География фамилии неширокая: Безаи встречаются в западных регионах России, на границе с Беларусью и Украиной, а также в Латгалии — исторической области Латвии. Это подтверждает обе версии: и балтийский след, и украинский диалектный фон.

Какую из гипотез считать основной? Латышская версия выглядит надёжнее благодаря прямому фонетическому совпадению (biezs → Безай) и устойчивым контактам с балтийскими языками. Украинская «сирень» возможна, но требует допущения, что диалектное «без» дало именно такую форму прозвища, что менее типично.

Фамилия Безай — пример того, как короткое слово может хранить память о внешности, достатке или кусте сирени под окном предка.