Фамилия Богормистов — один из тех случаев, когда церковное слово попало в прозвище, а потом закрепилось в официальной фамилии. Сразу скажем: связь с «Богородицей» здесь не прямая, хотя корень общий. Основа — «Богормист», что в просторечии означало богомольца, человека, который часто и подолгу молится, возможно, странника или паломника. Форма «Богормист» — это народная переделка книжного «богомолец» или «богомольный». Суффикс -ист здесь не греческого происхождения (как в «гимназист»), а скорее результат упрощения: «богомолист» → «богормист» через выпадение слога и замену звуков. Такое стяжение типично для живой речи, особенно в южнорусских и среднерусских говорах, где любили «экономить» гласные.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели: Богормист + -ов. То есть Богормистов — сын Богормиста. Владельцы этой фамилии — потомки человека, которого окружающие прозвали за набожность или за то, что он постоянно ходил по монастырям и святым местам. Сословного барьера здесь нет: прозвище могли дать и крестьянину, и посадскому, и даже священнику (хотя у духовенства чаще встречались фамилии на -ский). В документах фамилия встречается нечасто, что говорит о её относительной редкости и локальном бытовании. Основной ареал, судя по разрозненным данным, — юг России и Поволжье, где были сильны старообрядческие общины, а богомолье считалось добродетелью.

С точки зрения словообразования интересен суффикс -ист, который в русских фамилиях встречается редко. Обычно он маркирует нерусское происхождение (польское, украинское) или книжное заимствование. Но в «Богормистове» он, скорее всего, возник спонтанно, как диалектная черта. Сравните с фамилиями Богомолов, Богомольцев — они образованы от той же основы, но через стандартные суффиксы -ов и -ев. Богормистов стоит особняком: он сохранил именно ту форму, которая бытовала в устной речи, а не в церковных книгах. Поэтому для этимолога эта фамилия — ценный пример того, как живой язык перекраивает заимствованные или книжные слова.

Версия о связи с именем Борис (Богормист якобы от «Бог + Борис») не выдерживает критики: она искусственна и не подтверждается ни историческими записями, ни законами русской фонетики. Притянута и гипотеза о тюркских корнях — слишком прозрачна славянская основа «бог». Так что уверенно держимся за «богомольца».