Фамилия Болдин — одна из тех, где за привычным звучанием скрывается прозвище, данное за физическую силу или грубоватый нрав. В основе лежит слово «болда» — так в русских говорах называли увесистую колотушку, кувалду, трамбовку, а также шишку или нарост на дереве. Человек с таким прозвищем, скорее всего, был коренастым, крепким, возможно, работал с тяжелым ручным инструментом — плотничал, мостил дороги или занимался другой работой, где нужна «болда» вместо молота.

Интересно, что слово «болда» не было общеупотребительным — оно характерно для северных и центральных областей России. Это сразу сужает географию возможного появления фамилии: предки Болдиных с большой вероятностью жили в этих краях. Суффикс -ин указывает на типичную восточнославянскую модель: «чей?» — «Болдин», то есть сын или потомок Болды.

В некоторых случаях нельзя исключать и связь с тюркским именем Болды («будь, пусть будет»), но для фамилии Болдин эта версия менее убедительна. Славянская основа — прозвище по орудию труда или внешнему признаку — выглядит естественнее и подтверждается диалектными словарями. К тому же, в старых актах встречаются прозвища Болда, Болдырь, что говорит о бытовании этого корня именно в русской среде.

Фамилия недвусмысленно говорит о том, кем был её первый носитель: не просто человек по имени, а тот, кого в округе называли Болдой — за тяжелую руку, упрямство или работу, где без «болды» не обойтись.