Фамилия Бороскин — один из тех случаев, когда внешне прозрачная основа ставит перед исследователем больше вопросов, чем ответов. На первый взгляд, перед нами типичная модель на -ин, образованная от личного имени или прозвища, оканчивающегося на -а/-я. Но вот что скрывается за этим «Бороск-» — вопрос открытый.

Самая вероятная версия отталкивается от диалектного слова «бороска» или «бороск». В северных и сибирских говорах так могли называть борозду, канавку, а иногда — нечто шероховатое, неровное. Если это так, то прозвище Бороска мог получить либо земледелец, работающий с плугом (человек, прокладывающий борозды), либо, что интереснее, человек с неровной, «бороздчатой» кожей лица — например, после оспы. Такие прозвища по внешнему признаку в русской среде были обычным делом.

Вторая гипотеза связывает фамилию с уменьшительной формой крестильного имени Борис. В народной речи Борис мог превращаться в Борю, Борьку, а от Борьки — через промежуточную форму Бороська или Бороска — вполне мог появиться и Бороскин. Такой путь образования — от имени через суффикс -ск- — встречается реже, но не исключён, особенно если учитывать, что в некоторых регионах «с» и «ш» смешивались, и Бороскин мог звучать как Борошкин, а то и Барашкин.

Фамилия редкая. В дореволюционных справочниках и переписях она почти не фиксируется, что говорит о её локальном, возможно, крестьянском происхождении. Скорее всего, предки Бороскиных жили в одном из северных или центральных уездов России, где и закрепилось это прозвище. В советское время фамилия рассеялась, но концентрация её по-прежнему невысока.

Словообразовательно фамилия проста: суффикс -ин указывает на принадлежность «сын Бороски» или «из семьи Бороски». Ударение, скорее всего, падает на второй слог — БорОскин, хотя в устной речи встречаются варианты с ударением на последний слог. Спорных версий здесь немного: связь с «барашком» или «бороться» маловероятна из-за несовпадения корней и исторической фонетики.