Фамилия Боровска — редкий случай, когда географическая основа очевидна, а вот окончание ставит в тупик. На слух она звучит как типичная польская или белорусская фамилия (ср. Боровская, Ковальска), но в русской традиции женская форма Боровска могла возникнуть только если мужская фамилия была Боровской или Боровский. Выходит, что перед нами не исходная, а производная форма: носительница фамилии Боровска — это женщина, чей отец или муж носил фамилию Боровский.

Мужская основа Боровский образована от названия населённого пункта с корнем «бор» — сосновый лес. Таких сёл и деревень в России, Украине, Беларуси и Польше десятки: Боровое, Боровка, Боровск. Фамилия указывала, что предок был выходцем из такого места или жил «под бором». Суффикс -ск(ий) типичен для дворянских и шляхетских фамилий, но в XIX веке его активно давали и крестьянам при переписях — по названию волости или деревни, откуда человек был родом.

В польском языке окончание -ска (Borovska) — норма для женского рода, и там фамилия не воспринимается как «неполная». В русском же бытует путаница: документы могли фиксировать женщину как «Боровска» (по аналогии с украинскими фамилиями на -а, типа Шевченко или Коваль), хотя по правилам следовало писать Боровская. Поэтому среди современных носителей фамилии Боровска часто встречаются потомки переселенцев из Западного края — Польши, Беларуси или западных губерний Российской империи, где смешение языковых норм было обычным делом.

Вторая, менее вероятная версия отталкивается от прозвища Боров — так могли назвать человека, похожего на кабана (хряка-борова) или занимавшегося разведением свиней. Тогда фамилия Боровска — это женская форма от Боров, но с наращением -ск-, что для русского языка нетипично. Такая модель встречается в белорусской ономастике, где суффикс -ск- мог добавляться к прозвищам для придания «благородного» звучания, но примеров мало, и версия с топонимом остаётся основной.

Географически фамилия сегодня встречается в основном в центральных областях России, в Беларуси и среди потомков эмигрантов первой волны в Польше и Германии. В дореволюционных метриках Боровска — почти всегда женская запись, и только в советских паспортах 1930-х годов её могли закрепить как самостоятельную фамилию для женщины, если в семье не было мужчины-носителя.