Фамилия Боруздова — женская форма от Боруздов, и её разбор стоит начать с суффикса. Модель на -ов/-ев указывает на происхождение от прозвища или имени отца: в основе лежит слово «борузда» — диалектный вариант «борозда». Это не ошибка письма, а живая народная фонетика: в южнорусских говорах, особенно в рязанских и тамбовских, «о» в безударной позиции часто переходило в «у», а «зд» упрощалось до «зд» или «зг». Так что Боруздов — это буквально «сын Борозды», то есть человека, которого прозвали за работу в поле.

Прозвище Борозда могло закрепиться за пахарем, земледельцем или крестьянином, который особенно тщательно прокладывал борозды. В русской ономастике такие «сельскохозяйственные» фамилии не редкость: вспомним Плужникова, Жнецова или Серпова. Но есть и вторая, менее очевидная версия: в некоторых говорах «бороздой» называли не только след от плуга, но и морщину на лице, а также длинный ряд предметов. Если прозвище дали пожилому человеку с глубокими морщинами, фамилия могла возникнуть независимо от земледелия.

Географически фамилия Боруздова тяготеет к центральным и южным областям России. В дореволюционных переписях носители встречаются в Тамбовской, Рязанской и Воронежской губерниях — как раз там, где диалектное «у» вместо «о» было нормой. Сословно это почти всегда крестьяне или однодворцы, реже — мещане. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что подтверждает её «земледельческое» происхождение.

Интересная деталь: в старых документах фамилию могли писать по-разному — Бороздов, Бороздин, а иногда и Боруздов через «у». Это не путаница, а отражение местного произношения. Унбегаун в своём словаре русских фамилий отмечает, что чередование «о/у» в корнях характерно для южновеликорусского наречия, и Боруздов — типичный пример такой адаптации. Так что если ваши предки писались через «у», они почти наверняка жили в полосе от Курска до Саратова.