Фамилия Браткеев — редкий пример, где суффикс -ев прикреплён к основе, которая сама по себе уже содержит уменьшительный формант. В этом её главная особенность. В основе лежит имя или прозвище Братка, а оно, в свою очередь, — производное от слова «брат» с типичным для русской народной речи уменьшительно-ласкательным суффиксом -к(а). Так могли называть младшего брата, товарища или просто близкого человека, причём не обязательно по крови — в крестьянской среде «браткой» нередко кликали побратима или даже соседа, с которым жили душа в душу.

Словообразовательная цепочка проста: брат → Братка → Браткеев. Фамилия образована по патронимической модели, то есть отвечает на вопрос «чей сын?» — сын Братки. Суффикс -ев, а не -ов, появился из-за того, что основа оканчивается на мягкий согласный. В говорах, где аканье было сильным, фамилия могла звучать как Браткеев, хотя на письме закрепился вариант с «о» — отчётливо слышна связь с исходным «брат».

В дореволюционных переписях фамилия почти не встречается за пределами центральных и южнорусских губерний — Курской, Воронежской, Тамбовской. Это косвенно указывает на крестьянское происхождение: прозвище Братка было обиходным в среде, где родственные связи и соседская взаимопомощь играли ключевую роль. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано.

Если сравнивать с однокоренными, то Браткеев стоит в одном ряду с Братцевым, Братчиковым и Братановым. Но если Братцев образовано от «братец» (уже с другим суффиксом), то Браткеев сохранило более простую и, возможно, более древнюю народную форму. Встречается также вариант Браткеев с ударением на первый слог — это диалектная черта, характерная для рязанских и тульских говоров.

Таким образом, фамилия Браткеев — это прямой отпечаток неформального, тёплого обращения, которое закрепилось за предком и перешло в официальный документ. Никакой тайны или сложной этимологии: просто «чей-то сын Братка».