Фамилия Бренчугины — один из тех редких случаев, когда прозвище предка звучит почти как музыкальный инструмент. В её основе лежит прозвище Бренчуга, которое напрямую связано с глаголом «бренчать». В старину это слово означало не только «звякать, слегка позванивать», но и «неискусно играть на чём-либо, наигрывать кое-как». Поэтому первое, что приходит на ум: Бренчугой могли прозвать человека со звонким, громким голосом — того, кто говорил или пел так, что «бренчало» в ушах.

Но есть и другая, не менее живая версия. Прозвище могло закрепиться за неопытным музыкантом, который только учился играть, или за тем, кто постоянно тренькал на балалайке, гуслях или другом простом инструменте. В крестьянской среде такое прозвище не было обидным — скорее метким и бытовым. Бренчуга, как и многие прозвища на -уга, звучало ёмко и сразу давало окружающим понять, с кем имеют дело: с шумным говорунчиком или вечным «наигрывателем».

Фамилия образовалась по стандартной для центральной России модели: к основе Бренчуг- добавился суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Бренчугин сын, то есть сын Бренчуги). Со временем это отчество закрепилось как фамильное имя целого рода. Примечательно, что фамилия Бренчугины встречается не повсеместно, а с явной региональной привязкой — чаще всего её носителей можно встретить в бывших вотчинах и сёлах центральных областей России, где говор сохранил «бренчащие» корни.

Интересно, что однокоренные фамилии — Бренчалов, Бренчуков — встречаются реже, и все они держатся на одном звуковом образе: звон, гул, негромкий шум. Это делает Бренчугиных не просто носителями фамилии, а хранителями старого, почти забытого слова, которое в современном языке чаще используют в значении «плохо играть», а когда-то — просто «издавать звон».