Фамилия Брусенцов — это типичная русская фамилия, образованная по модели «прозвище + патронимический суффикс». Её основа — слово «Брусенец», а суффикс -ов указывает на принадлежность: буквально «сын Брусенца». Споров о происхождении прозвища два, и оба имеют под собой языковую почву.

Первая версия отталкивается от глагола «брусить». В русских говорах у него богатая гамма значений: от «нести чепуху, врать» и «бормотать, говорить косноязычно» до «пьянствовать до беспамятства». Если прозвище давали взрослому, оно носило ироничный, подчас нелестный оттенок, высмеивая болтливость, нетрезвый образ жизни или невнятную речь. Это типичный случай, когда фамилия закрепляла бытовую характеристику человека.

Вторая версия — «растительная». Брусеня (или брусеня) в некоторых областях называли бруснику. Ягода известна своей стойкостью: красные плоды сохраняются под снегом до весны, растёт она на сухих и сырых почвах, в хвойных и лиственных лесах, иногда на торфяниках. В этом случае прозвище Брусенец могли дать ребёнку с пожелательным смыслом — чтобы он перенял у природы выносливость, долголетие и жизнестойкость. Такие «растительные» прозвища в народной среде были не редкостью.

Какая версия правдоподобнее? С точки зрения словообразования обе равновероятны: основа «брус-» давала и глагольные, и именные производные. Однако в ономастике принято считать, что прозвища от глаголов (особенно с отрицательной коннотацией) встречаются чаще, чем пожелательные от названий ягод. Поэтому, скорее всего, первый Брусенец получил своё прозвище за характер или привычки, а не за любовь к бруснике.

Фамилия довольно редкая, встречается прежде всего в центральных и северных регионах России — там, где говор «брусить» был в ходу. В написании вариантов почти нет: форма Брусенцов устойчива, без чередования корня.