Фамилия Бундеев — редкий случай, где за привычным русским окончанием -ев скрывается основа, которую не стоит торопиться записывать в «иностранцы». На первый взгляд, корень «бунд» навевает ассоциации с немецким Bund (союз, объединение) или идишским «бунд» (еврейская социалистическая партия). Но для русской фамилии эти версии почти всегда ложные: массовый перенос таких слов в фамилии маловероятен, а партийная кличка не дала бы устойчивой модели на -ев.

Гораздо убедительнее объяснение лежит в диалектной лексике северных и центральных губерний России. В говорах слово «бунда» или «бундо» означало неуклюжего, полного человека, увальня. В том же ряду — «бундеть» (ворчать, брюзжать) и «бундосить» (капризничать, дуться). Прозвище Бунда или Бундей давали либо медлительному, грузному человеку, либо тому, кто любил поворчать. Суффикс -ей в основе — типичный для русских прозвищ (сравните: Баламут — Баламутей, Ворчун — Ворчуней). А фамильный суффикс -ев просто притяжательный: «чей сын?» — Бундеев.

Модель образования здесь нестандартная: обычно фамилии на -ев образуются от основ на мягкий согласный или -й (Андрей — Андреев), но в случае Бундеева прозвищная основа Бундей уже содержала -ей, поэтому фамилия получилась без лишнего наращения. Это отличает её, скажем, от фамилии Бундов, которая могла возникнуть от той же основы, но по другой модели.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Основные очаги — Вологодская, Кировская и Костромская области, что косвенно подтверждает северное диалектное происхождение. В дворянских родословных книгах Бундеевы не числятся, так что предки, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми, получившими фамилию по уличному прозвищу. Искать в ней немецкий или еврейский след — значит навязывать фамилии чужую историю, когда своя, русская, лежит на поверхности: коренастый, ворчливый, но свой.