Фамилия Бутурлинов — одна из тех, где корень давно стёрся из живого языка, но модель образования подсказывает, что перед нами типичная русская фамилия на -ов, образованная от прозвища или имени. В её основе лежит слово «бутурла» или «бутурлык» — так в старину называли часть конской сбруи, ремень с пряжкой, свисающий с седла. Прозвище Бутурла могли дать человеку либо за манеру носить одежду (что-то болталось, свисало), либо за характер — «вислый», вялый, нерасторопный. Есть и другая версия: в некоторых говорах «бутурла» значила «нескладный, неуклюжий человек». Оба значения вполне могли закрепиться за носителем как бытовая характеристика.

Редкость фамилии в том, что она образована не напрямую от прозвища Бутурла, а от полной формы Бутурли́н — с суффиксом -ин, который здесь указывает на принадлежность («сын Бутурлы»). А уже от неё пошла фамилия Бутурлинов, то есть «потомок Бутурлина». Такая двойная суффиксация — нечастое явление: сначала прозвище обрастает притяжательным -ин, а затем семейным -ов. Это говорит о том, что фамилия могла сложиться не в крестьянской среде, а среди служилых людей или казачества, где ценились точные родовые обозначения.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и поволжским областям — Воронежской, Тамбовской, Саратовской губерниям. В документах XVII–XVIII веков встречаются Бутурлины (без второго суффикса) как дворяне и дети боярские, но Бутурлиновы — это, скорее всего, однодворцы или казаки. В отличие от знаменитого боярского рода Бутурлиных (который вёл происхождение от выехавшего из Орды мурзы), фамилия Бутурлинов не имеет аристократической подкладки и возникла независимо, на местной почве.

Если ваш предок носил фамилию Бутурлинов, он, вероятно, жил в чернозёмной полосе России и принадлежал к государственным крестьянам или однодворцам. Прозвище Бутурла могло достаться кому-то из родни за неторопливость или за привычку носить длинную, болтающуюся одежду — но это лишь догадка, основанная на диалектной лексике. Документальных подтверждений точного значения по этой фамилии нет, так что остаётся довольствоваться лингвистической реконструкцией.