Фамилия Чекотов — одна из тех, чья основа на первый взгляд кажется прозрачной, но при ближайшем рассмотрении даёт простор для размышлений. Первое, что приходит в голову: связь со словом «чека». Действительно, чека — это стержень или штырь, который что-то фиксирует, скрепляет. В крестьянском быту так называли деталь телеги или сохи. Но фамилия образована не напрямую от предмета, а от прозвища или мирского имени Чекот. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Чекотов — «сын Чекота».

Кем мог быть тот самый Чекот? Версия с «чекой» ведёт к ремеслу: плотник, тележник или кузнец, который делал и вставлял чеки. Прозвище могли дать и по характерной черте — человеку «чеканному», то есть точному, аккуратному, подогнанному, как деталь. Однако есть и другая, более древняя возможность. В русских говорах слово «чекот» означало «колышек» или «затычка», а в переносном смысле — упрямого, «заклиненного» человека. Словарь Даля фиксирует глагол «чекотать» — стучать, щёлкать. Тогда прозвище Чекот мог получить говорун или тот, кто издавал характерные звуки.

Интересно, что фамилия Чекотов встречается в разных регионах, но заметно чаще — в Поволжье и на Урале. Это наводит на мысль о связи с местными диалектами. В вятских и пермских говорах «чекать» означало «ждать», «медлить». Прозвище Чекот могло закрепиться за неспешным, задумчивым человеком. Такая региональная привязка — важная деталь: фамилия не столичная, а скорее «земская», из среды мастеровых и крестьян.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Чеканов, Чекин, Чекалов — показывает, что Чекотов стоит особняком. Если Чеканов чаще связывают с чеканом (инструментом или монетой), то Чекотов твёрже держится за «чеку» как деталь крепежа. Суффикс -от в основе слова редок: он придаёт прозвищу оттенок действия или результата. Не «чека», а «че-к-от» — как «топот» от «топать» или «грохот» от «грохать». Возможно, исходное слово звучало как «чекотать» — стучать, и прозвище дали человеку с громкой походкой или тяжёлой рукой.

Дворянских корней у фамилии не прослеживается. Чекотовы — это, скорее всего, потомки государственных крестьян или мастеровых людей. В документах XVII–XVIII веков фамилия встречается в переписях посадских людей и ремесленников. Никаких громких исторических деятелей с такой фамилией не известно, что для рядовой русской фамилии нормально: она честно отражает своё происхождение от прозвища, данного по делу или по характеру.