Фамилия Денер в русском контексте — явление редкое и, скорее всего, нерусское по происхождению. Если вы встретили её в России, велика вероятность, что перед вами немецкая или еврейская (ашкеназская) фамилия, попавшая в русскую среду в результате миграций XVIII–XIX веков. В любом случае, разбирать её нужно не через типичные русские суффиксы (-ов, -ин), а через западноевропейскую словообразовательную модель.

Самая очевидная версия отсылает к немецкому языку. Фамилия Dähner или Dehner могла возникнуть как профессиональное прозвище от слова Dehner — «служитель», «управляющий» или, в некоторых диалектах, «тот, кто натягивает (лук, струну)». Вторая, более бытовая версия, связывает её с топонимом: есть несколько населённых пунктов с названием Dehnen или Dehne в землях Нижняя Саксония и Гессен. Человек, переехавший оттуда, легко получал фамилию по месту прежнего жительства. Для еврейских носителей фамилия Денер (иногда Деннер) могла быть искусственной — её давали при получении фамилий в Австро-Венгрии или Пруссии в начале XIX века, часто без прямой связи с профессией, просто как благозвучное слово.

В русском языке фамилия не склоняется по падежам, если принадлежит мужчине (Иван Денер), и совсем не склоняется, если женщине (Анна Денер). Ударение, скорее всего, падает на первый слог — Дéнер, хотя в немецком варианте возможен акцент на второй слог (Deh-nér). Встречаются варианты написания с одной «н» и с двумя — Деннер. Второй вариант ближе к немецкой орфографии (Denner).

Примечательно, что в России эта фамилия не дала порождения в виде патронимических форм (Денеров, Денерихин), потому что не прошла стадию массовой русификации. Носители либо сохраняли исходное написание, либо меняли его при советской паспортизации на более привычное уху — Денисов, Денюшкин, если хотели избежать «нерусского» звучания. В дореволюционных метрических книгах по Петербургской и Саратовской губерниям изредка встречаются записи о лютеранах с фамилией Денер — это подтверждает немецкий след, связанный с колонистами.

Если ваши предки — Денеры, стоит искать их в списках поволжских колонистов, в прибалтийских архивах или в метрических книгах евангелических церквей Москвы и Петербурга. Скорее всего, это были ремесленники, мелкие торговцы или управляющие имениями. Крестьянского корня у этой фамилии в России нет.