Фамилия Доброрезова — одна из тех, что за столетия почти не изменила своего лица. Она образована от прозвища Доброрез, а то, в свою очередь, сложилось из двух слов: «добрый» и «резать». В старом русском языке у прилагательного «добрый» было множество оттенков — от «незлобивый, мягкосердечный» до «полный, тучный». Но в основу этого прозвища, скорее всего, легло значение «хороший», «умелый». Исходя из этого, Доброрезом называли мастера, который хорошо резал: резчика по дереву или мясника.

Исторический контекст добавляет веса «мясной» версии. До реформ Петра I забой скота был делом почти стихийным — его вели прямо на рынках, в сенях домов, в специальных «мясных шалашах», на пустырях или у оврагов. Пётр повелел строить бойни и строго регламентировал торговлю мясом. В ту же эпоху государство в невиданных прежде масштабах наладило производство солёного и копчёного мяса для армии, что подстегнуло развитие колбасного дела. Простейшие способы консервирования — например, копчение в дыму — знали с древности, но в середине XIX века в России особенно вырос выпуск свинины для копчёностей. Человек, занятый в этой цепочке — от забоя до разделки, — вполне мог получить прозвище Доброрез.

Суффикс -ов в фамилии Доброрезова указывает на типичную для русских фамилий модель: «чей?» — то есть сын, потомок Доброреза. Форма Доброрезова (женский род) говорит о том, что перед нами вариант, закреплённый за женщиной, или же исходная мужская форма — Доброрезов. Оба варианта хранят память о предке, который был искусен в своём деле и получил за это прозвище, ставшее родовым именем.

Интересно, что однокоренных фамилий в русском ономастиконе немного — Доброрезов стоит особняком, не смешиваясь с более частыми «добрыми» фамилиями вроде Добронравова или Доброхотова. В нём слышна не абстрактная добродетель, а конкретное ремесло, грубоватое и необходимое. Это не делает фамилию менее ценной: напротив, за ней стоит живая история хозяйственного уклада, где прозвище метко определяло место человека в обществе.