Фамилия Дрыгины — один из примеров того, как русская фамилия рождается из живого, меткого прозвища. В её основе лежит диалектный глагол «дрыгать» (или «дрягать»), то есть бить ногами, дёргаться, судорожно двигаться. Человека, который постоянно ёрзал, не мог усидеть на месте, вели себя беспокойно, в народе могли прозвать Дрыгой. Прозвище цепкое, образное — оно сразу выдавало непоседу.

Модель образования фамилии простая и типичная для северных и центральных областей России: суффикс -ин присоединялся к основе, оканчивающейся на -а. Так из прозвища Дрыга получилась фамилия Дрыгин, а во множественном числе — Дрыгины. По сути, это ответ на вопрос «чей сын?»: сын Дрыги.

Интересно, что у такого прозвища могла быть и противоположная, «охранительная» функция. В древнерусской традиции родители намеренно давали ребёнку «плохое» имя-оберег (вроде Некрас, Дурак или Злоба), чтобы отвести от него злых духов. Дрыга в этом смысле — тоже оберег: назвали беспокойным, чтобы настоящий ребёнок рос спокойным и здоровым. Версия правдоподобная, хотя основное значение прозвища всё же связано с характером.

Географически фамилия Дрыгин встречается в разных регионах, но заметна её привязка к южнорусским и центральным областям, где диалектная форма «дрыгать» была особенно употребительна. Встречаются Дрыгины и в Поволжье, и на Урале — следствие поздних переселений крестьян.

Сравните с однокоренными фамилиями: Дрыгалов, Дрыганов, Дрыжов. Все они образованы от того же корня, но с разными суффиксами, что указывает на разные модели прозвищ. Дрыгин — самый лаконичный вариант, без дополнительных суффиксов, что говорит о его раннем закреплении в качестве фамилии.

Точное время возникновения фамилии Дрыгин не установлено, но массовое закрепление прозвищ в фамилии шло в XV–XVII веках, сначала у служилых людей, потом у крестьян. Сегодня фамилия Дрыгины — нечастый, но устойчивый антропоним, сохранивший живую народную речь в одной фамильной форме.