Фамилия Дуплянкин — один из тех случаев, когда прозвище предка легко читается, но за ним стоит несколько разных историй. Основа здесь очевидная: «дуплянка». В русских говорах так называли и дупло в дереве, и предметы, с ним связанные. Например, ульем-дуплянкой называли колоду с пчелами, сделанную из выдолбленного ствола. А еще дуплянкой могли называть простую деревянную посуду, выдолбленную из цельного куска дерева — этакую долбленку. Или же просто жилище в дупле, если речь шла о лесном звере. Соответственно, первый носитель фамилии мог получить прозвище Дуплянка по роду занятий: бортник, добывавший мед из дупел, или ремесленник, делавший деревянную утварь. Не исключен и бытовой вариант: человек, живший в глухом лесу, у дуплистого дерева, или обладавший гулким, «дуплистым» голосом.

Словообразовательная модель типична для русского Севера и Поволжья. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — «Дуплянкин», то есть сын или потомок Дуплянки. Фамилии на -ин в этой части России нередко вытесняли более южные варианты на -ов, если основа оканчивалась на -а или -я. Интересно, что фамилия Дуплянкин встречается заметно реже, чем, скажем, Дупленков или Дупляков — это говорит о том, что ее ареал довольно узок. По данным современных телефонных справочников и адресных книг, наибольшая плотность носителей фамилии фиксируется в Кировской области и на юге Архангельской. Это как раз зона бытования северорусских говоров, где слово «дуплянка» было в ходу, и где исторически было развито бортничество.

Менее вероятная, но возможная версия связывает фамилию с топонимом. В Вологодской и Костромской областях есть несколько урочищ и бывших деревень с названием Дуплянка. В этом случае Дуплянкин — выходец из такого места, но и здесь в основе все то же прозвище или природный объект. В любом случае, фамилия не книжная и не семинарская — она образовалась в крестьянской или ремесленной среде, скорее всего, не позднее XVII века, когда на Руси окончательно закрепилась модель отчества на -ин.

Сословного барьера у фамилии не было: Дуплянкины могли быть и государственными крестьянами, и однодворцами, и мещанами. В документах XVIII–XIX веков эта фамилия регулярно встречается в метрических книгах Вятской губернии, что подтверждает ее северное происхождение. Если ваш предок носил эту фамилию, то с большой долей вероятности он был связан с лесом — либо как пчеловод-бортник, либо как мастер по дереву.