Фамилия Елманов — один из тех случаев, когда за одним и тем же прозвищем могут стоять совершенно разные истории. Самое прямое объяснение ведет к тюркскому слову «елман» (или «ялман») — так называли широкую часть турецкой сабли у самого острия. В русский язык это слово попало при Борисе Годунове, в 1589 году, вместе с дипломатическими и военными контактами. Человек, получивший прозвище Елман, вполне мог быть оружейником, торговать саблями или сам носить такую — то есть прозвище указывало на род занятий или характерную деталь снаряжения.

Но в ярославских говорах у того же слова было другое, прямо противоположное значение: «дурень», «болван». И здесь логика народной традиции срабатывает наоборот: давая ребенку прозвище с отрицательным смыслом, родители надеялись обмануть злых духов и вырастить умного, смышленого мальчика. Так что фамилия Елманов могла появиться и в крестьянской среде, без всякой связи с оружием.

Обратите внимание на суффикс -ов. Это стандартная русская патронимическая модель: Елман + -ов = «сын Елмана». Фамилия довольно редкая, и ее география, скорее всего, связана с Поволжьем и северо-восточными областями России, где тюркские заимствования смешивались с местными говорами.