Фамилия Фараонов с первого взгляда кажется исключительной редкостью, но на деле она встроена в обычную русскую словообразовательную модель. Её основа — нарицательное «фараон», а суффикс -ов указывает на принадлежность: буквально «сын Фараона» или «человек из рода Фараона». Такой же путь прошли фамилии Царёв, Князев или Розов. Кстати, пример с Розовым здесь не случаен: от нарицательного «роза» возникала фамилия Розов, а не Розин, хотя по правилам русского языка суффикс -ов присоединяется только к словам мужского рода. Фараонов — тот же случай, когда форма подчинилась привычному образцу.

Теперь о самом слове. Фараонами традиционно называли древнеегипетских царей. Согласно древнеегипетским верованиям, фараон считался сыном солнца (Ра), земным воплощением Хора и наследником Осириса. Происхождение самого слова «фараон» точно неизвестно, и здесь сталкиваются несколько версий. Согласно Иосифу Флавию, оно означает «царь». Это же значение находят в коптском слове «пуро» или «фуро». Другие исследователи относят его к слову «Фра» или «пра», то есть «солнце», которое встречается в иероглифах. Современные египтологи, однако, склоняются к иной гипотезе: древние египтяне, не желая называть священное имя царя всуе, вместо него говорили «пер-о» (per-oh) — буквально «великий дом», «дворец». Такой эвфемизм со временем превратился в титул.

Что это значит для носителя фамилии? Прямой связи с Египтом искать не стоит. В русской традиции прозвище Фараон могли дать человеку за важный, величавый вид, за любовь к пышности или, наоборот, с иронией — тому, кто вёл себя слишком гордо. В крестьянской среде такие прозвища не были редкостью, и позже они закреплялись за потомками уже как фамилия. В этом смысле Фараонов — фамилия-характеристика, а не указание на происхождение из знатного рода.

Отдельного внимания заслуживает и то, что фамилия эта встречается в разных сословиях, но нигде не была массовой. Она осталась редкой, что делает её хорошим маркером для генеалогического поиска: если вы носите Фараонов, ваши предки почти наверняка жили в конкретной местности, и следы рода можно проследить по исповедным ведомостям или ревизским сказкам. В открытых источниках нет громких исторических фигур с этой фамилией, но это не умаляет её ценности — напротив, каждый носитель может сам стать первым, кто запишет её историю.