Фамилия Фурашовы образована от личного прозвища Фураш и относится к распространенному типу русских фамилий на -ов, то есть по сути является ответом на вопрос «чей ты будешь?» — сын, внук или потомок человека по прозвищу Фураш. Такой способ словообразования был самым массовым в Центральной России и Поволжье, поэтому фамилия не указывает на конкретное сословие: её могли носить и крестьяне, и посадские люди, и служилые.

Смысл прозвища, скорее всего, связан со словом «фураж» — корм для лошадей и другого скота. Слово пришло в русский язык из французского fourrage, а туда — из древнегерманского fodr, что означало «корм для лошадей». Если это так, то основатель рода Фурашовых занимался делом, напрямую связанным с прокормом животных: заготавливал сено и овёс, закупал корма для барской конюшни или для обоза, а возможно, ухаживал за скотиной. В армии, кстати, фуражиром называли солдата или служащего, который добывал и раздавал фураж для лошадей, — так что прозвище вполне могло закрепиться за отставным военным или обозным.

Любопытная деталь — замена «ж» на «ш» в корне. В исходном слове «фураж» на конце звонкий согласный, а в прозвище он оглушился, как часто бывает в живой речи: человек произносил «Фураш», и это написание закрепилось в документах. Такой фонетический сдвиг — не редкость для русских прозвищ, он говорит о том, что фамилия формировалась не в канцелярии, а в устном обиходе, и лишь потом попала в переписные книги.

Впрочем, есть и другая, менее очевидная версия. В некоторых говорах «фурать» или «фурашить» означало «бросать, швырять, метать», а «фураш» могло быть прозвищем суетливого или размашистого в движениях человека. Однако эта гипотеза выглядит слабее: связь с фуражом более прозрачна и подкреплена заимствованным словом, которое активно использовалось в хозяйственном обиходе. Поэтому версия о «кормовом» прозвище правдоподобнее.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно. Процесс закрепления фамилий у разных сословий растянулся на столетия: у крестьян он завершился только после отмены крепостного права в 1861 году, когда понадобилось учитывать всех поголовно. Фурашовы могли осесть и в северных уездах, и в южных степных губерниях, где коневодство и содержание обозов значили много. Без архивных разысканий по конкретной ветви сказать точнее нельзя, но сама фамилия — живой след того, как простое хозяйственное прозвище превратилось в родовое имя и пережило века.