Фамилия Гапешин — один из тех случаев, когда простое на первый взгляд слово ставит этимолога перед выбором между несколькими версиями. Главная сложность в том, что основа «Гапеш-» не встречается ни в древнерусских именах, ни в распространённых прозвищах, а значит, её нужно выводить из диалектных или искажённых форм.

Наиболее вероятный путь — от крестильного имени Агапий (греч. agape — любовь). В народной речи имя часто редуцировалось: Агап → Гап → Гапеш. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Гапеша — так могли называть сына или слугу человека по имени Гап (Гапеш). Модель типична для русских фамилий центральных и южных губерний, где -ин прирастал к основам на мягкий согласный или шипящий. Менее убедительна версия от прозвища, связанного с глаголом «гапить» (зевнуть, прозевать) — в говорах оно фиксируется, но форма «Гапеш» для такого прозвища нехарактерна. Третья гипотеза, возводящая фамилию к тюркскому «гапеш» (старейшина, глава), выглядит искусственной: фонетика и ареал фамилии (она встречается в основном в русских регионах) этому противоречат.

Обратите внимание на суффикс -еш-. В русской антропонимии он редок и обычно возникает как результат народной переработки имени: Агафон → Гафон → Гафеш → Гафешин, или Агапий → Гапеш. Такая цепочка хорошо объясняет и конечное -ш, которое в имени Агапий не появляется естественным путём, а возникает под влиянием уменьшительных форм (ср. Тимофей → Тимоша, Агап → Гапа → Гапеша). Получается, что Гапешин — это «гапешины дети», то есть потомки человека, которого в быту звали Гапешей.

Сословный состав носителей фамилии, судя по доступным источникам XIX века, был смешанным: встречаются и крестьяне (в основном из Тамбовской и Рязанской губерний), и мещане, и даже единичные купцы. Фамилия не относится к числу аристократических, но и не является редкой — она стабильно фиксируется в центральной России, что подтверждает её давнюю укоренённость в крестьянской среде.

Таким образом, Гапешин — это типичная русская фамилия, образованная от разговорной формы канонического имени Агапий. Её история — это история того, как церковное имя, пройдя через горнило народного произношения, превратилось в прозвание целого рода.