Фамилия Гавур — редкая, но с прозрачной и неожиданной историей. В отличие от большинства русских фамилий, она не происходит от крестильного имени (Иван, Петр) и не связана с профессией. Её корень — слово «гавур», которое в южнославянских языках (болгарском, сербском, македонском) означает «гяур», то есть «иноверец», «немусульманин». Это прозвище, которое в Османской империи давали всем христианам, чаще всего православным. В русском контексте фамилия почти наверняка имеет южнославянские или западноукраинские корни — её могли принести переселенцы из балканских регионов, бежавшие от турок, или же она возникла на пограничных территориях, где такое прозвище было бы понятным.

Модель образования проста: основа «гавур» плюс нулевой суффикс, то есть фамилия оформлена как чистое прозвище, без типичных русских суффиксов -ов, -ин. В русской традиции такие фамилии (Гавур, Бондарь, Коваль) считаются «украинского» или «белорусского» типа — они не склоняются по падежам как прилагательные (Гавур — Гавру, а не Гавру). Это указывает на то, что фамилия закрепилась в среде, где прозвище не требовало переделки в отчество: её носителем был человек, которого называли Гавуром, и это слово стало родовым именем.

Есть и другая, менее вероятная версия: в некоторых говорах «гавур» могло быть диалектным вариантом слова «говор» (шум, гам) или производным от глагола «гавкать» (лаять). Но эта гипотеза слабая — ни в одном серьёзном ономастическом словаре (например, у Б. Унбегауна или В. Никонова) такая трактовка не встречается. Основной и единственно убедительный источник — тюркское «гяур», адаптированное через балканские языки.

Географически фамилия Гавур встречается в основном на западе Украины (Волынь, Подолье) и в южных областях России, куда в XVIII–XIX веках переселялись сербские и болгарские колонисты. В центральной России она практически не фиксируется. Социальный портрет предков: скорее всего, это были крестьяне или казаки, получившие прозвище либо от соседей-мусульман (в Крыму или на Кавказе), либо от самих православных, которые таким образом отличали «своих» от «чужих» в многонациональной среде. Фамилия не дворянская, не купеческая — она из народной толщи, где прозвища были прямыми и резкими.