Фамилия Гнусаева — яркий пример того, как русская фамилия может быть образована от прозвища, данного по внешнему признаку или манере поведения. В её основе лежит слово «гнусавый» — человек, который говорит «в нос», с гнусавым оттенком голоса. Такое прозвище было не столько оскорбительным, сколько описательным: в среде, где людей различали по характерным чертам, оно быстро закреплялось и переходило в фамилию.

Модель образования проста и типична для русских фамилий: основа «Гнусав-» плюс суффикс принадлежности «-ев». Суффикс «-ев» (а не «-ов») указывает на то, что основа оканчивалась на мягкий согласный или шипящий. Получается, Гнусаев — буквально «сын Гнусавого» или «принадлежащий Гнусавому». Женская форма Гнусаева — это вариант по мужу или отцу, характерный для патронимических фамилий, где окончание меняется по роду.

Интересно, что фамилия Гнусаев (и её женская форма) встречается не повсеместно, а тяготеет к южнорусским и центральным областям — Курской, Воронежской, Тульской. Это объясняется диалектными особенностями: в этих регионах слово «гнусавый» было особенно употребительно. В северных говорах чаще использовали «гнусливый», поэтому там фамилия могла бы звучать иначе — Гнусликов или Гнуслин.

С точки зрения социального контекста, прозвище Гнусавый мог получить не обязательно человек с дефектом речи. В старину так могли назвать и того, кто постоянно ныл, жаловался или говорил невнятно. Фамилия не указывает на сословие — она могла возникнуть и у крестьянина, и у посадского человека, и у служилого. Единственное, что можно сказать с уверенностью: предок носителя фамилии был заметен в своей общине именно этой чертой, что и закрепилось в родовом имени.

В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные модели разбираются как типичные для прозвищ, связанных с физическими недостатками или особенностями поведения. Гнусаева стоит в одном ряду с фамилиями Шептунов, Заикин, Картавцев — все они образованы от слов, описывающих манеру речи.