Фамилия Горбушина — одна из тех, где за привычным звучанием скрывается сразу несколько возможных историй. В её основе лежит прозвище Горбуша, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — «сын Горбуши» или «человек из рода Горбуши». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от слов, оканчивающихся на -а или -я.

Самая прямая версия связывает прозвище с внешним признаком — словом «горб». Но здесь важно понимать: называть человека Горбушей могли не только из-за сутулости. У славян существовал обычай давать «охранительные» имена — считалось, что если назвать ребёнка Горбушей, злые духи не позарятся на него, и он вырастет здоровым и красивым. Так что за этим прозвищем могла стоять родительская забота, а не реальный физический недостаток.

Другая версия уводит нас в Сибирь, где «горбатым» или «горбом» в XIX веке называли беглого бродягу. Если родоначальник Горбушиных был ссыльным или беглым, прозвище могло закрепиться за ним как социальная метка. В этом случае фамилия хранит память о непростой судьбе предка.

Есть и «профессиональный» след. Слово «горбуша» в русских говорах имело и совсем другие значения: так называли промысловую рыбу из семейства лососёвых (сегодня мы знаем её как горбушу), а также небольшую косу с короткой ручкой и изогнутым лезвием — инструмент жнеца или косаря. Если предок был рыбаком на Дальнем Востоке или крестьянином, работавшим такой косой, прозвище могло отражать его занятие. В этом случае фамилия Горбушина — из числа «профессиональных» именований, и её носители могут быть потомками либо рыбаков, либо земледельцев.

Корень «горб» имеет древнюю историю: его возводят к балтийским и германским языкам, например, к древне-прусскому garbis — «гора». Эта глубокая этимология добавляет слову объём, хотя для бытового прозвища важнее были его живые, обиходные смыслы.

Какая из версий верна для конкретной семьи — сказать без генеалогического исследования трудно. Но сам набор значений (от оберега до ремесла и социального статуса) показывает, что фамилия Горбушина могла возникнуть в самых разных слоях общества — и у крестьян, и у ремесленников, и у людей, оказавшихся на обочине жизни.