Фамилия Горюшины — одна из тех, что звучат как отпечаток судьбы, но на поверку оказывается куда многозначнее. В её основе лежит прозвище Горюша, и сразу бросается в глаза связь с глаголом «горевать». Однако сводить всё к одной печали было бы ошибкой. В старых говорах «горюша» и «горюнок» — это ласковое обращение к ребёнку, почти как «милый» или «любимый». То есть прозвище могло быть не горьким, а, наоборот, тёплым, домашним.

Если копнуть глубже, появляется и третий оттенок. В ярославских говорах «горюн» — это факельщик в похоронном обряде. Человек с таким прозвищем мог быть связан с погребальной церемонией, но эта версия менее вероятна: слишком узкое и локальное значение. Правдоподобнее, что Горюшей называли либо печального, задумчивого человека, либо, напротив, того, кого в семье ласково называли «горем» — в том же значении, что и «чадо».

Фамилия Горюшины входит в обширное гнездо однокоренных: Горев, Горемыкин, Горюнков, Горюнов, Горяев. Все они образованы по одной модели — от прозвища, связанного с корнем «гор-» (от «горе», «горевать»). Суффикс «-ин» в фамилии Горюшин указывает на принадлежность: «чей?» — Горюшин, то есть сын Горюши. Это типичная патронимическая модель для центральной и северной России.

Точное место первого упоминания фамилии Горюшины установить трудно. Как и многие прозвищные фамилии, она возникала в разных регионах независимо: в крестьянской среде, где прозвище давали по характеру или по семейному обычаю, а потом оно закреплялось за родом. Можно предположить, что фамилия чаще встречалась в северных и центральных губерниях — там, где суффикс «-ин» был основным способом образования фамилий от прозвищ на «-а»/«-я».

Так что за фамилией Горюшины не обязательно стоит трагедия. Скорее — живое прозвище, которое могло означать и грусть, и ласку, и даже профессиональную роль. Выбор значения зависит от того, в какой семье и в какой губернии прозвище впервые прозвучало.