Фамилия Грабчевы — редкий пример, где на стыке языков и профессий могло родиться прозвище, давшее начало роду. В основе фамилии лежит прозвище Грабчий, а суффикс «-ев» указывает на принадлежность: Грабчев буквально значит «сын Грабчего» или «потомок Грабчего».

Слово «грабчий» не встречается в древнерусских документах как самостоятельное имя, но его корни прозрачны. Первая версия ведет нас к польскому «grabowy» — «грабовый, из граба». В таком случае прозвище могло закрепиться либо за человеком, жившим возле заметного граба или грабовой рощи, либо за мастером, работавшим с этой твердой древесиной. Граб на Руси ценился — из него делали клепки для бочек, столярные детали и даже музыкальные инструменты. Если предок был плотником или бондарем по грабу, прозвище Грабчий могло стать профессиональным.

Вторая версия, не менее правдоподобная, связывает прозвище с украинским «грабар» — «землекоп» (от немецкого «Graben» — копать). В Малороссии грабарями называли рабочих, нанимавшихся рыть пруды, колодцы, канавы. Работа тяжелая, требовавшая недюжинной силы, и прозвище Грабчий могло сначала закрепиться за самым сильным землекопом в артели, а потом перейти в фамилию. Эта версия интересна тем, что объясняет и возможную физическую силу основателя рода, о которой упоминают исследователи: «грабарить» было занятием для крепких людей.

Фамилия Грабчевы встречается в основном в южных и западных регионах России, на границе с Украиной и Белоруссией, что хорошо согласуется с обеими этимологическими гипотезами. В писцовых книгах XVII века подобные прозвища не фиксировались — фамилия, скорее всего, оформилась позже, в XVIII–XIX веках, когда крестьянам и мещанам массово присваивали фамилии по прозвищам отцов. Спор между «грабовым» и «землекопным» происхождением решается просто: скорее всего, в разных ветках рода Грабчевых прозвище возникло независимо и по разным причинам — у одних от дерева, у других от ремесла.