Фамилия Грегорьева — яркий пример того, как одна буква или диалектное произношение могут изменить облик распространенной фамилии. На первый взгляд она кажется искаженным вариантом фамилии Григорьев (от имени Григорий, что значит «бодрствующий»). Но здесь работает другая модель. Основа «Грегор» — это не ошибка, а прямая транслитерация или народная передача западноевропейского имени Грегор (Gregor), которое, в свою очередь, восходит к тому же греческому «gregoreo». В русской среде такое написание часто закреплялось за выходцами из Польши, Белоруссии или Прибалтики, где форма «Грегор» была привычнее, чем церковнославянское «Григорий».

Суффикс «-ев» указывает на притяжательное значение: Грегорьев — буквально «сын Грегора» или «человек из семьи Грегора». В крестьянской и мещанской среде XIX века, где фамилии только кодифицировались, писарь мог записать фамилию на слух: если деда звали Грегор (а не Григорий), в документы попадало именно такое окончание. Важно, что фамилия Грегорьева — женская форма; мужская, Грегорьев, встречается реже и часто соседствует с вариантами Грегоров, Грегорович.

Географически фамилия тяготеет к западным регионам бывшей Российской империи. В современных базах данных она фиксируется в Псковской, Смоленской областях, а также в Беларуси. Есть и редкая версия, связывающая основу не с именем, а с прозвищем: в некоторых говорах «грегора» или «грёгор» могли называть человека с громким, «гремучим» голосом, но эта гипотеза менее убедительна, так как не подкреплена диалектными словарями.

С точки зрения социального статуса, носители фамилии в основном принадлежали к крестьянскому или духовному сословию. В семинарской среде, где любили облагораживать фамилии, Грегорьев мог возникнуть как книжный вариант фамилии Григорьевский, но без типичного суффикса «-ский». Таким образом, фамилия Грегорьева — не опечатка, а маркер западного влияния на русскую антропонимику, сохранивший звучание, которое в XIX веке считали простонародным, а сегодня он подчеркивает уникальность семейной истории.