Фамилия Гуреля звучит непривычно для русского уха, и это не случайно: её корни ведут не в славянскую, а в еврейскую среду. Это одна из тех фамилий, чья форма сразу подсказывает путь разбора — не по типичным русским суффиксам, а по модели образования на -ля. В идише и иврите суффикс -еля или -ля часто служит для образования уменьшительно-ласкательных или прозвищных форм. Основа здесь — Гур-, и она отсылает к библейскому имени Гур (в русской традиции иногда передаётся как Гурье). В Танахе Гур — это второстепенный персонаж, но имя было в ходу у евреев Восточной Европы. Так что Гуреля — это, скорее всего, «маленький Гур» или «сын Гура», то есть патроним, оформленный по законам идиша, а не русского языка.

Вторая версия, менее вероятная, но возможная: связь с топонимом. В Литве и Беларуси существовали местечки с названиями вроде Гуры или Гурки. Переселенцы из таких мест могли получить прозвище по месту выхода, а затем и фамилию. Однако суффикс -еля в славянских языках для топонимических фамилий нехарактерен — там чаще встречаются -ский или -ов. Поэтому версия с антропонимом (личным именем) выглядит правдоподобнее.

Географически фамилия Гуреля привязана к черте оседлости — территории современной Украины, Беларуси, Молдавии и Польши. В метрических книгах XIX века она встречается среди еврейских общин Волыни, Подолья и Гродненской губернии. В России за пределами этой зоны фамилия редка, что подтверждает её региональное и этническое происхождение.

Словообразовательно фамилия стоит особняком: она не вписывается в русскую модель на -ов/-ин, как подавляющее большинство фамилий. Это сразу говорит о том, что её носители не принадлежали к крестьянскому или дворянскому сословию, формировавшему фамилии по государственным указкам. Гуреля — фамилия, возникшая в среде, где фамилии складывались стихийно, часто на основе бытовых прозвищ, и закреплялись в документах так, как слышались писарям.

Никаких знаменитых носителей фамилии Гуреля в открытых источниках не зафиксировано. Это не делает её менее интересной: напротив, такие фамилии — чистый след локальной истории, где каждое имя — ключ к судьбе конкретной семьи.