Фамилия Кадатов — яркий пример того, как в русской фамилии может скрываться не одно, а сразу два возможных значения, и каждое ведет к совершенно разному портрету предка. С точки зрения словообразования здесь всё прозрачно: основа «Кадат» плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов, отвечающий на вопрос «чей?». То есть Кадатов — это сын или потомок человека по прозвищу или имени Кадат. Но что скрывается за этим прозвищем?

Самая вероятная версия отсылает к тюркскому языковому пласту. В тюркских наречиях слово «кадат» означает «заколка», «шпилька» или «гвоздь». В переносном смысле так могли прозвать человека упрямого, колючего, «приставучего» — того, кто, как гвоздь, вцепится в свое. Менее очевидный, но тоже возможный вариант: прозвище дали по профессии — мастеру, который делал гвозди или заколки, этакий кузнец-универсал. Это объяснение хорошо ложится на русскую традицию давать ремесленные фамилии: Кузнецов, Плотников, а в данном случае — Кадатов.

Вторая версия, более редкая и спорная, выводит основу из канонического имени. В святцах есть мужское имя Каддад (из арамейского, означает «друг»), но в русском быту оно могло упроститься до Кадат. Однако это объяснение слабее: имя Каддад никогда не было распространено на Руси, и его переход в «Кадат» — лишь гипотеза. Куда правдоподобнее, что перед нами именно прозвищная фамилия от тюркского «гвоздя».

Географически фамилия Кадатов встречается нечасто, но заметна в регионах, где исторически смешивались славянское и тюркское население — например, в Поволжье и на Урале. Встречается и в Сибири, куда фамилию могли занести переселенцы. Интересно, что в некоторых говорах слово «кадат» могло означать не просто гвоздь, а костыль или деревянный нагель — это добавляет прозвищу оттенок практичности: предок мог быть плотником или строителем.

Таким образом, фамилия Кадатов не имеет отношения ни к каким дворянским титулам, ни к известным историческим родам. Её носитель с большой вероятностью — потомок мастерового человека, которого за характер или ремесло прозвали Гвоздем. Фамилия редкая, но именно эта редкость и делает её ценной для семейной истории: чем необычнее основа, тем легче восстановить её истинный смысл.