Фамилия Калкатины — одна из тех, где за привычным русским окончанием скрывается неожиданное языковое происхождение. В основе фамилии лежит личное прозвище Калкат, которое, по наиболее вероятной версии, восходит к румынскому прилагательному calcat — «глаженный». Это слово, в свою очередь, связано с глаголом a călca (гладить утюгом, давить). Поэтому прозвище Калкат могли дать человеку опрятному, тщательно следящему за своей одеждой, или, в переносном смысле, аккуратному и педантичному в делах.

Фамилия образована по стандартной восточнославянской модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей?» — сын Калката. Такая схема типична для фамилий, возникших из прозвищ или мирских имён, и она же подсказывает, что фамилия укоренилась в среде, где русский язык был основным, а прозвище пришло из контактов с румыноязычным населением. Географически это может указывать на юго-западные регионы бывшей Российской империи — Бессарабию, Подолье, территории современной Молдовы и Украины, где веками жили смешанные славянские и романские общины.

Стоит отметить, что слово calcat в румынском имеет и другое значение — «утоптанный, проторённый» (о дороге). В этом случае прозвище могло получить иное толкование: например, им могли назвать человека, проложившего путь, первопроходца, или того, кто «идёт по проторённой дорожке» — консервативного, следующего традициям. Однако версия с аккуратностью выглядит более естественной для личного прозвища: в крестьянской среде опрятность выделяла человека и могла стать его устойчивой характеристикой.

С точки зрения словообразования фамилия Калкатины стоит в ряду таких фамилий, как Калкатов (с более редким суффиксом -ов) и Калкачёв. Форма на -ин закрепилась, вероятно, потому, что основа прозвища оканчивалась на твёрдый согласный, и суффикс -ин оказался более органичным для неё в русской диалектной традиции. Точное время возникновения фамилии установить сложно: процесс оформления фамилий у крестьян и мещан растянулся на несколько столетий и завершился в основном к XIX веку. Сама фамилия — нечастый пример того, как бытовое слово из соседнего языка стало основой для русского родового имени, сохранив память о давних культурных и языковых контактах.