Фамилия Канке — редкий для русского уха пример, когда в основе лежит не прозвище и не крестильное имя, а эстонское слово kannike, то есть «фиалка» или «иван-да-марья». Фамилию образовали прямо от этой основы, без типичных русских суффиксов -ов или -ин, что сразу указывает на её прибалтийское происхождение. Скорее всего, предок носителя фамилии был эстонцем или жил в смешанной среде, где такие именования давали по народным прозвищам.

Выбор цветка для прозвища не случаен. В эстонской народной культуре фиалка символизировала скромность и скрытые достоинства — качества, которые могли подметить в человеке и закрепить за ним внутрисемейное имя Канке. В христианской традиции этот же цветок ассоциировался со смирением, поэтому прозвище могло нести и религиозный подтекст. Такая модель образования фамилии — от названия растения — встречается в Прибалтике и у соседних народов: по тому же принципу возникли фамилии Хумал (хмель), Соол (соль) или Юуст (сыр), только там в основе лежали названия еды и напитков.

Существует и другая версия, но она заметно слабее. Слово kankinti в литовском языке означает «мучить», и некоторые исследователи пытаются связать фамилию с этим глаголом. Однако для прозвища такое значение слишком мрачное и нехарактерное, к тому же литовская основа не объясняет эстонского звучания фамилии. Поэтому версия с фиалкой остаётся основной: фамилия Канке — это память о цветке, который когда-то дал имя человеку.