Фамилия Капишев отталкивается от древнего и редкого корня — «капищ-», что сразу выделяет её из ряда типовых русских фамилий. В основе лежит прозвище Капиш, а оно, в свою очередь, восходит к слову «капище». Если отбросить привычные ассоциации, капище — это не просто языческий храм, а в буквальном, старославянском смысле «место, где стоит капь», то есть изображение, идол. Само слово «капь» родственно глаголу «капать»: считалось, что в идолов переходила капающая жертвенная кровь или жир.

Первое, что бросается в глаза — фамилия образована с помощью суффикса -ев, что типично для фамилий от прозвищ, оканчивающихся на шипящий или мягкий согласный (Капиш → Капишев). Модель простая: «чей?» — «сын Капиша». Такая форма указывает на то, что прозвище было устоявшимся, личным, а не уличным или родовым.

Самая прямая версия происхождения прозвища — род занятий. Капищем называли открытое святилище с идолами, где проводили обряды. Служитель такого места, жрец или старейшина, мог получить прозвище Капиш. Это особенно вероятно для северных земель: одно из древнейших капищ раскопано на Перыни под Новгородом, а «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона (XI век) упоминает капища как действующие культовые точки. Однако не стоит думать, что все Капишевы — потомки жрецов. Прозвище могли дать и мирянину, который слишком рьяно держался старых обрядов после крещения Руси. В народной среде такое прозвище закреплялось за «крепким в вере» человеком, возможно, даже с оттенком насмешки.

Есть и более бытовая, менее торжественная версия. В некоторых говорах «капищем» могли называть не только святилище, но и просто беспорядочное нагромождение камней или груду хлама — отсюда прозвище могло характеризовать неаккуратного человека. Но эта версия слабее: она не объясняет устойчивости прозвища и его связи с конкретным лицом, а не с местом жительства.

Фамилия Капишев — редкий случай, когда в основе лежит не крестильное имя и не профессия ремесленника, а понятие из дохристианского культа. Она стоит в одном ряду с такими фамилиями, как Жрецов или Волхов, но в отличие от них сохранила архаичную, почти забытую лексику. О точной географии бытования фамилии судить сложно: она встречается рассеянно, без ярко выраженного «гнезда», что говорит о древнем, но не массовом происхождении.