Фамилия Карташев (а также её вариант Карташёв) принадлежит к числу тех русских фамилий, у которых есть как минимум два объяснения — бытовое, «прозвищное», и аристократическое, восходящее к ордынским корням.

Самое прямое объяснение лежит на поверхности: прозвище Карташ образовано от прилагательного «картавый» — так говорили о человеке, который нечисто, невнятно произносит некоторые звуки, шепелявит или грассирует. В русском языке слово «картавый» известно с древности, и прозвище Карташ могли дать тому, чья речь заметно отличалась от речи окружающих. От этого прозвища по стандартной модели с суффиксом -ев (после шипящего) и появилась фамилия Карташев: «чей?» — Карташев, то есть сын или потомок Карташа.

Однако у этой фамилии есть и другая, более интригующая версия, которую приводят и в Энциклопедическом Словаре Брокгауза и Ефрона. Согласно ей, фамилия восходит к тюркскому слову «qardas» (кардаш), что дословно значит «единоутробник», а в более широком смысле — «брат», «родственник», «близкий друг». В таком случае прозвище Карташ могло указывать либо на родственные связи предка, либо на его добрый, отзывчивый характер.

Энциклопедический Словарь Брокгауза и Ефрона связывает происхождение фамилии с конкретным историческим лицом — выходцем из Золотой Орды татарином по имени Картыш, который появился в России в конце XVI века. Этот Картыш дал начало русскому дворянскому роду Карташевых. Род был знатным и известным: многие Карташевы служили стольниками и стряпчими при московском дворе. Максим Карташев в 1677 году был воеводой в Воронеже, а Иван Григорьевич Карташев, дослужившийся до чина генерал-поручика, в середине XVIII века был комендантом Москвы. Родовитые дворяне Карташевы владели земельными наделами и множеством крепостных душ в Тульской губернии.

Таким образом, фамилия Карташев может иметь два совершенно разных корня: либо она образована от русского прозвища, связанного с особенностью речи, либо ведет свою историю от ордынского «брата» и знатного татарского рода, влившегося в русское дворянство. Выбор между этими версиями зависит от конкретной семейной истории — для потомков тульских дворян более вероятно тюркское происхождение, для крестьянских и мещанских родов — прозвищное.