Фамилия Керенин — одна из тех, где на первый взгляд ясная основа оборачивается сразу несколькими версиями происхождения. Разбираем её по частям: типичный русский суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), то есть предка звали Кереня или Керена. А вот что скрывается за этим прозвищем — вопрос интереснее.

Самая вероятная версия ведёт к древнерусскому слову «керень» или «керенька» — так в некоторых говорах называли корень, корягу, а иногда и кривое дерево. Прозвище Кереня могли дать человеку коренастому, крепкому, с широкими плечами, или, наоборот, тому, кто был «кривым душой» — хитрым и изворотливым. В ономастике такие параллели встречаются: фамилия Коренев, например, образована от того же корня, но через другую суффиксальную модель. Керенин — более редкий вариант, закрепившийся в центральных и поволжских губерниях.

Вторая гипотеза связывает фамилию с тюркскими языками. В ряде тюркских диалектов «керен» означает «широкий», «просторный», либо же восходит к слову «кер» — «глухой» (как глухой звук или глухой человек). Если предок был из татарской или башкирской среды, прозвище Кереня могло означать «глухарь» или «глухой старик». Такие случаи нередки: русские фамилии на -ин нередко вбирали в себя тюркские основы через прозвища, данные переселенцам или служилым людям.

Третья, менее убедительная версия — от греческого имени Керин (Κηρῖνος), которое в православных святцах встречается редко, но теоретически могло попасть в русскую среду через духовенство. Однако массовых подтверждений этой версии нет, и она остаётся гипотетической.

Географически фамилия Керенин встречается неравномерно. Наибольшая концентрация — в Нижегородской области, а также в Башкортостане и Татарстане. Это косвенно подтверждает тюркскую версию: именно в этих регионах русское население веками соседствовало с тюркским, и прозвища легко переходили из одной языковой среды в другую.

Что касается сословного происхождения — фамилия не несёт признаков дворянской или духовной. Скорее всего, первые Керенины были крестьянами или посадскими людьми. В ревизских сказках XVIII–XIX веков такая фамилия встречается среди государственных крестьян, что типично для прозвищных фамилий с суффиксом -ин.