Фамилия Харахорин — из числа тех, что хранят память о характере предка. В её основе лежит прозвище Харахоря, а то, в свою очередь, связано с глаголом «хорохориться». Владимир Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка» определяет это слово ёмко: «храбриться, упрямиться, быть строптивым». То есть прозвище цеплялось к человеку своенравному, задорному, не уступающему без боя — такому, кто хорохорится перед другими, показывая характер. Анализируем словообразовательную модель: суффикс -ин указывает на принадлежность, и фамилия буквально отвечает на вопрос «чей?» — сын, внук или потомок Харахори. Модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ, которые не были крестильными именами, но в быту закреплялись за человеком прочнее официального имени.

Сам корень «хорохор» — редкий гость в современном языке, но в старину он звучал живее. Помимо словарного значения, в народной речи «хорохориться» могло означать и «петушиться», «важничать», что добавляет прозвищу оттенок не столько злости, сколько показной удали. Прозвище Харахоря не было обидным — скорее, метким: так могли назвать бойкого парня, задиру, который лез в спор первым, или просто человека с неуёмным нравом. В основе фамилии лежит не имя святого, а именно прозвище, что говорит о её происхождении в среде, где ценилось живое слово и наблюдательность.

География фамилии не слишком широка, но она встречается в регионах, где бытовали северные и волжские говоры, — там, где слово «хорохориться» употребляли охотнее, чем в южных диалектах. В написании фамилии возможны варианты: Хорохорин и Харахорин. Первый ближе к исходному глаголу, второй — результат аканья, то есть произношения, при котором безударное «о» звучит как «а». Такое расхождение между звучанием и написанием типично для фамилий, зафиксированных в письменных источниках уже после того, как прозвище устоялось в устной речи. Потомок Харахори, носивший это имя в быту, со временем получил фамилию Харахорин — и в ней застыл характер человека, который не давал себя в обиду.