Фамилия Харчевина — редкий пример того, как за простым, на первый взгляд, звучанием скрывается целый веер значений. Вопреки распространённому мнению, эта фамилия не связана с профессией повара или трактирщика. Её основа — прозвище Харча, которое в старину могли дать человеку по разным, порой противоположным, причинам.

Самая вероятная версия отсылает к диалектному глаголу «харчать». В вологодских и сибирских говорах он означал «хрипеть». Следовательно, Харчой называли человека с хриплым, надтреснутым голосом — возможно, из-за болезни или просто такой природной особенности. Прозвища, данные по голосу, на Руси были обычным делом: так появлялись Гугнивые, Сиплые и, как в нашем случае, Харчи.

Вторая, не менее интересная версия, ведёт к существительному «харч» — то есть «съестной припас, пища». Здесь открывается простор для толкований. Харчой могли прозвать любителя сытно и вкусно поесть. Но более правдоподобно, что прозвище закрепилось за человеком, который заведовал кладовой или чуланом, где эти самые харчи хранились. Эта должность была важной в любом зажиточном доме, ведь от неё зависело, как переживёт семья зиму. В таком случае фамилия Харчевина указывает не на внешность, а на социальную роль предка.

Наконец, существует и третья версия, связанная с глаголом «харчить», который был широко распространён на Руси. Он имел значение «тратить, проматывать, бросать деньги на ветер». Если следовать этой логике, Харчой могли иронично назвать транжиру или праздного человека, который не умел копить и легко расставался с заработанным. Прозвище в таком случае звучало бы как укор или насмешка.

Словообразовательная модель фамилии проста и типична для русского севера: к основе Харч- добавился суффикс -ев-, указывающий на принадлежность роду, а затем и окончание -а, обозначающее женскую линию. Изначально Харчев — это «сын Харчи», а Харчевина — «дочь или жена Харчева». Со временем форма женского рода закрепилась как самостоятельная фамилия. Такое часто случалось, когда носительницей была вдова или когда фамилию записывали по матери.

Интересно, что фамилия Харчевина встречается реже, чем её мужской аналог Харчев, но обе они сохраняют память о прозвище, которому не меньше четырёхсот лет. Сказать точно, какая из трёх версий верна для конкретной семьи, невозможно — без родословной тут не обойтись. Но каждая из них рисует живой портрет предка: хриплого говорливого мужика, запасливого ключника или же беспечного мота, которого в деревне корили за расточительство.