Фамилия Хайтов — редкий случай, когда географический и этнический след просматривается чётче, чем точное значение корня. Её основа — «хайт» — не имеет прямого аналога в русском языке, зато хорошо знакома на Кавказе и в Средней Азии. Поэтому первое, что стоит сказать: Хайтовы — это фамилия с южным, скорее всего тюркским или иранским, происхождением.

Разберём словообразовательную модель. Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую форму: «чей?» — Хайтов, то есть сын или потомок человека по имени или прозвищу Хайт. Но само имя Хайт — не русское. Наиболее вероятная версия: оно восходит к тюркскому слову «хайт» (варианты — «хаит», «хайт») со значением «праздник», «торжество». В таком случае прозвище Хайт могли дать человеку, родившемуся в день большого праздника, или тому, кто славился весёлым нравом, любил гулянья. Вторая версия связывает основу с арабским «хайят» — «жизнь» (отсюда же имя Хаят), но в фамилии Хайтов конечный «т» вместо «т» в арабском произношении делает эту гипотезу менее убедительной.

География фамилии подсказывает главное: Хайтовы — не случайные пришельцы. Фамилия распространена среди болгар (в Болгарии есть известный писатель Николай Хайтов), а также у народов Северного Кавказа и Поволжья — например, у татар и башкир. У болгар «хайт» могло означать «смелый», «отчаянный», что тоже могло стать основой прозвища. В русской среде фамилия встречается редко и, скорее всего, попала туда через смешанные браки или миграции из указанных регионов.

Интересная деталь: в дореволюционных документах фамилию могли записывать как Хайтовъ, а в некоторых говорах — через «а»: Хайтав. Но ударение почти всегда падает на первый слог — Ха́йтов. Социальный контекст: если предки были болгарами, они могли быть крестьянами или ремесленниками (судя по распространённости фамилии в Болгарии), если кавказцами — то, возможно, горцами, где прозвища часто отражали характер или событие.

Таким образом, фамилия Хайтов — не русская по корню, но полностью обрусевшая по форме. Её носитель, скорее всего, потомок человека, которого в тюркской или болгарской среде называли «праздничным» или «отчаянным».