Фамилия Хлабов — редкий пример, где за основу взято не имя и не профессия, а, скорее всего, прозвище, связанное с характером или образом жизни. Модель образования проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), то есть Хлабов — сын или потомок человека по прозвищу Хлаб.

Корень фамилии — «хлаб» — не имеет очевидных параллелей в современном русском литературном языке. Здесь возможны две версии, и обе уводят в диалектную лексику. Первая: «хлаб» может быть вариантом слова «хлябь» — топь, болото, трясина. В таком случае Хлабом могли прозвать человека, жившего у болотистой местности, или же того, кто вёл себя вяло, «хлябко», нерешительно. Вторая версия: «хлаб» — искажённое или диалектное «хлабый» (слабый, хилый). В северных и сибирских говорах встречалось слово «хлабать» — болеть, хворать. Тогда прозвище Хлаб давали болезненному или слабосильному человеку, возможно, с иронией.

Суффикс -ов типичен для русских фамилий, образованных от прозвищ, и закрепился в основном в центральных и северных регионах России. Фамилия Хлабов почти не встречается в исторических документах, что говорит о её локальном происхождении: она могла возникнуть в одной-двух деревнях и не получить широкого распространения. Попытки связать её с польским «chleb» (хлеб) маловероятны — для такого заимствования в русском языке была бы более привычна форма Хлебов, а не Хлабов.

Таким образом, предок носителя фамилии Хлабов — это, скорее всего, крестьянин из северной или сибирской глубинки, получивший прозвище за слабое здоровье или за жизнь на болотистой земле. Фамилия осталась редкой и сегодня встречается единично, в основном на Урале и в Сибири.