Фамилия Ходжев — одна из тех, где за привычным русским окончанием скрывается нерусская основа, и это сразу указывает на вероятный путь её появления. В отличие от фамилий, образованных от славянских имён или прозвищ, Ходжев восходит к арабскому титулу «ходжа» (или «ходжа»), который через тюркские языки попал в обиход народов Кавказа, Поволжья и Средней Азии. Слово «ходжа» означало «господин», «хозяин», «наставник» или «учитель», а в мусульманской среде — почётное обращение к человеку, совершившему паломничество (хадж), или к потомку пророка. Таким образом, основа фамилии — не имя, а социальный или религиозный статус предка.

Суффикс -ев указывает на русскую модель образования фамилий: он присоединялся к основам на мягкий согласный или на -а/-я. В данном случае от «Ходжа» (вариант «Ходжа») получилось «Ходжев» — буквально «сын (или потомок) Ходжи». Такая форма типична для фамилий, которые возникли в среде крещёных татар, башкир, народов Северного Кавказа или в русско-тюркском пограничье, где оседали выходцы из мусульманских регионов. Фамилия могла закрепиться за человеком, которого в быту звали просто Ходжа — не по имени, а по уважительному прозвищу.

В ономастической литературе фамилия Ходжев не относится к числу широко распространённых, но встречается в Поволжье, на Урале и в Западной Сибири — регионах, где исторически были сильны татарские и башкирские общины. Встречаются также варианты написания «Ходжаев» и «Ходжиев», где суффикс -ев присоединён к более полной форме «Ходжа» или «Ходжи». Разница в написании — результат адаптации тюркского произношения к русской графике и местным говорам.

С точки зрения социального контекста, предок-носитель фамилии мог быть купцом, духовным лицом или просто уважаемым человеком в своей общине — титул «ходжа» не был наследственным, но давал привилегии. Если фамилия возникла в русской среде, её могли дать выходцу из мусульманских земель, который перешёл в православие и получил фамилию по своему прежнему прозвищу. Однозначно сказать, кем был первый Ходжев, невозможно — слишком много вариантов, но ясно, что его прозвище говорило о статусе и уважении, а не о ремесле или внешности.