Фамилия Хребтенко образована по модели, которая сразу выдает её украинское или южнорусское происхождение: суффикс -енко historically означал «сын», «потомок» и встраивался в наследственное имя в XVI–XVII веках. Поэтому буквальное прочтение фамилии — «сын Хребта», то есть человек, чьего отца или деда в округе знали под прозвищем Хребет.

Само прозвище Хребет восходит к нарицательному слову с несколькими значениями. Самое прямое и очевидное — «горная цепь, гряда, горный кряж». В этом случае прозвище отражало особенность места, где жил основатель фамилии: например, его двор стоял у подножия хребта или на самом гребне возвышенности. Такая версия правдоподобна для предгорий Карпат, Кавказа или Урала, где подобные именования по ландшафту были естественны.

Но у слова были и другие, менее заметные значения, которые меняют картину. В сибирских говорах хребтом называли бечеву — прочную веревку, которую тянули бурлаки или использовали для причаливания судов. В астраханских говорах хребтом именовали веревку, к которой подвязывали рыболовные крючки. Если прозвище возникло в этих краях, оно попадает в разряд «профессиональных» именований: предок мог заниматься изготовлением и продажей бечевы либо быть рыбаком, и окружающие закрепили за ним название главного орудия его труда.

Слабой альтернативой выглядит версия, связывающая прозвище с переносным значением «спина, хребет» в смысле «крепкий, выносливый человек». Она возможна, но уступает двум первым: слишком общее и невыразительное основание для прозвища, которое должно было выделять человека среди других.

Прозвище Хребет, изначально присоединенное к наследственному имени, со временем полностью заменило его и в быту, и в документах. Такой переход типичен для восточнославянской антропонимии: личное имя уступало место устойчивому уличному прозванию, которое затем закреплялось за детьми через суффикс -енко. В итоге фамилия Хребтенко сохранила память либо о горном рельефе, либо о ремесле, связанном с веревками и рыбной ловлей, — и сегодня без дополнительных исторических сведений о месте проживания первых носителей трудно сказать, какой из путей верен.