Фамилия Христинин — редкий случай, когда в основе лежит не имя, а прямое указание на веру. Она образована от слова «христианин» через его разговорную форму «христинин» (с усечением «а»). В русских говорах так действительно говорили: «христинин» вместо книжного «христианин». Фамилию дали не священнику и не монаху, а, скорее всего, крестьянину или посадскому человеку, которого в деревне прозвали Христинином за подчёркнутую набожность, регулярное посещение церкви или за то, что он в отличие от соседей-старообрядцев держался официального православия.

Суффикс «-ин» указывает на принадлежность: сын Христинина. В русской ономастике это стандартная патронимическая модель, но здесь она работает не с крестильным именем (как у Иванов или Петров), а с прозвищем-характеристикой. То есть Христинин буквально значит «потомок того, кого звали Христинином». Фамилия церковнославянская по корню, но чисто русская по способу образования — таких немного.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России, где слово «христианин» в бытовой речи сохраняло старую форму. Встречается она редко: по переписям XIX века носители жили в Вологодской, Костромской и Вятской губерниях. Часто фамилию путают с Христининым от имени Христина (женское имя), но это разные вещи: ударение в исходном слове падает на второй слог (христи́нин), а в фамилии от женского имени — на первый (хри́стинин). Спор здесь решается просто: прозвище от вероисповедания логичнее, чем от женского имени, которое в крестьянской среде давали нечасто.

Сравните с однокоренными фамилиями: Христиановский, Крестинин, Крестьянинов. Христинин стоит особняком — он сохранил архаичную огласовку, которая в литературном языке исчезла ещё в XVIII веке. Носитель такой фамилии может считать, что его предок был человеком твёрдых религиозных убеждений, за что и получил своё прозвище.