Фамилия Кирбабина — яркий пример того, как географический диалект и редкая профессия слились в фамильном прозвании. В её основе лежит не имя и не общеупотребительное слово, а областной термин «кирба» — так в псковских и тверских говорах называли корзину для сена, большой плетёный короб. Человек, делавший такие корзины или торговавший ими, получал прозвище Кирбаба, а его жена или вдова — Кирбабиха. Притяжательная форма «Кирбабина» буквально означает «принадлежащая Кирбабе» или «из семьи Кирбабы».

Модель образования здесь — суффикс -ин, типичный для русских фамилий от основ на -а/-я. Он отвечает на вопрос «чей?»: чей сын? Кирбабин. Женская форма Кирбабина закрепилась в документах, скорее всего, когда запись делали по матери или вдове — явление нередкое в крестьянской среде XIX века, особенно если муж погиб или ушёл в отхожий промысел.

Стоит отметить, что фамилия крайне редкая и имеет чёткую региональную привязку к Северо-Западу России — Псковской и Тверской губерниям. В центральных областях корзину для сена называли «короб» или «кузов», поэтому однокоренные фамилии там — Коробов, Кузовлев. Кирбабина же — маркер именно местного говора, сохранённого в фамилии.

Вторая, менее вероятная версия, связывает основу с тюркским «кирба» (грязный, нечистый) или с именем Кирбай, но она не выдерживает критики: суффикс -ин и отсутствие фамилии в южных регионах, где сильны тюркские влияния, говорят в пользу славянского диалектного происхождения. Так что предки современных Кирбабиных — скорее всего, крестьяне-ремесленники из псковских или тверских деревень, корзинщики или сенокосцы, чьё прозвище закрепилось в официальной фамилии при переписях.