Фамилия Клекотко звучит для русского уха необычно, но её происхождение прозрачно. Это типично украинская или белорусская фамилия, образованная по модели, характерной для восточнославянской ономастики. В основе лежит суффикс -к(о), который в украинском и белорусском языках выполняет ту же роль, что и русский суффикс -ов/-ев: он превращает прозвище или имя в фамилию, указывая на принадлежность к роду. То есть Клекотко — это «сын или потомок человека по прозвищу Клекот».

Само слово «клекот» имеет два основных значения, и оба могли стать источником прозвища. Первое, самое распространённое в русском языке, — это крик некоторых хищных птиц, особенно орлов и соколов, а также журавлей. Второе, диалектное, бытовавшее в южных и западных губерниях Российской империи, — «клекот» или «клекотать» означало не только птичий крик, но и человеческую речь: ворчание, брюзжание, кашель или хриплый голос. Человек с громким, резким голосом, похожим на птичий, или же постоянный ворчун вполне мог получить прозвище Клекот, которое затем закрепилось за его детьми.

Интересно, что фамилия Клекотко почти не встречается в центральных и северных областях России, но довольно распространена на Украине (особенно в Черкасской, Полтавской и Киевской областях) и в юго-восточной Беларуси (Гомельская область). Это указывает на то, что фамилия сформировалась именно в среде украинского и белорусского крестьянства, где прозвища по внешним признакам или манере поведения были обычным делом. В отличие от дворянских фамилий, образованных от названий имений или крестильных имён, Клекотко — яркий пример «уличной» фамилии, возникшей из живого народного языка.

С точки зрения словообразования, фамилия стоит в ряду таких же «птичьих» фамилий на -к(о): Сороко, Голубко, Воробейко, Соколко. Но если Сороко или Воробейко могли указывать на внешнее сходство с птицей (сутулость, маленький рост), то Клекотко почти наверняка связано со звуком. Версия о происхождении от слова «клокотать» (бурлить, кипеть) менее вероятна, так как это глагол другого звукового ряда, хотя полностью исключать её нельзя — в южных говорах границы между «клекотом» и «клокотом» иногда стирались.

Таким образом, предок современных Клекотко был, скорее всего, человеком с узнаваемой манерой говорить — либо громогласным, либо ворчливым, либо с хрипотцой. Фамилия не несёт в себе указания на сословие или род занятий, но крепко привязана к украинской и белорусской языковой среде.