Фамилия Кочевин — редкий случай, когда основа прозвища почти наверняка связана не с родом занятий, а с образом жизни или характером. В её центре лежит слово «кочевина», которое в русских говорах означало не только «кочевье» (стоянку кочевников), но и самого человека — непоседу, бродягу, того, кто не сидит на месте. Суффикс -ин в этой модели указывает на принадлежность: Кочевин — «сын Кочеви» или «человек из семьи Кочевых». Это типичная патронимическая форма, но образованная не от крестильного имени, а от прозвища.

Слово «кочевник» в древнерусском языке имело резко отрицательный оттенок: так называли не только степняков-врагов, но и своих — бездомных скитальцев, беглых, людей без оседлости. Прозвище Кочева могли дать либо беспокойному, вечно переезжающему крестьянину, либо, напротив, человеку, который вёл бродячий промысел — например, торговцу вразнос или отходнику, уходившему на сезонные заработки. Второй вариант правдоподобнее: в среде оседлого населения «кочевой» статус чаще означал не образ жизни, а род деятельности, отрывавший человека от дома.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России. В переписных книгах XVII века встречаются крестьяне Кочевины в Вологодском и Костромском уездах. Это совпадает с зоной бытования слова «кочевина» в значении «шатун, бродяга» — именно в северных говорах оно сохранялось дольше всего. На юге, где контакт с кочевыми народами был постоянным, прозвище могло иметь другой оттенок и закрепиться реже.

Интересно, что фамилия не получила распространения в дворянской среде. Кочевины — почти исключительно крестьянский и мещанский род. Ни в одном из известных родословных сборников эта фамилия не упоминается, что косвенно подтверждает её «низовое» происхождение: прозвище было не почётным, а бытовым, иногда даже обидным. Не случайно в документах XVIII века встречаются записи «Кочевин, он же Бродягин» — двойные фамилии такого типа часто фиксировали, когда человек пытался избавиться от неблагозвучного прозвания.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Кочев, Кочевой, Кочевников — показывает, что Кочевин стоит особняком. Формы на -ов и -ской чаще указывают на прямое отношение к кочевому народу или территории («кочевник», «кочевье»), а суффикс -ин жёстче привязан к конкретному лицу. Это не «сын кочевника», а «сын того, кого звали Кочева», то есть прозвище уже успело стать личным именем в семье. Такое переосмысление могло произойти уже во втором-третьем поколении, когда исходный смысл стёрся.