Фамилия Кокузей — редкая и неочевидная. В ней нет привычных русских суффиксов -ов, -ин, -ский, зато есть явный тюркский след. Скорее всего, это не случайный набор звуков, а искажённое или переоформленное прозвище, которое закрепилось за одним родом.

Самая прямая версия ведёт к тюркскому слову «кокоз» или «кокуз» — «синеглазый» или «голубоглазый». У многих тюркских народов (татары, башкиры, казахи) такое прозвище давали человеку со светлыми глазами, что было заметной чертой в среде с преобладанием тёмных глаз. Фамилия могла возникнуть, когда носителя прозвища Кокуз записали в русских документах на слух: окончание -ей могло появиться из-за местного произношения или как адаптация к русским фамильным моделям (сравните: Мазай, Бурдей, Толстей — фамилии с похожим финалом, часто из прозвищ).

Есть и альтернативное объяснение: в некоторых тюркских диалектах «кокуз» означает «скупой» или «жадный». Но эта версия слабее — такие прозвища обычно становились фамилиями реже, чем описания внешности, и часто заменялись на более благозвучные.

Географически фамилия Кокузей встречается в основном на юге России и в Поволжье — в зонах, где исторически жили татары, ногайцы или башкиры, а затем переселялись русские крестьяне. Встречаемость крайне низкая, и это говорит о том, что фамилия не разошлась широко, а закрепилась в одном-двух родах, возможно, в конкретном селе или станице.

Словообразовательная модель здесь нестандартная для русских фамилий: нет типичного суффикса принадлежности. Кокузей — это, по сути, застывшая форма прозвища в именительном падеже, которую не стали русифицировать добавлением -ов. Такое встречается у фамилий, образованных от тюркских основ, особенно если носитель сам был из тюркской среды или жил на окраине русского государства.

Сословно предки Кокузей могли быть как крестьянами, так и казаками или служилыми людьми «по прибору» — в XVI–XVII веках на южных рубежах России охотно брали на службу татар и башкир, а их прозвища потом переходили в фамилии. Точных данных о конкретных носителях в открытых источниках нет, так что любые утверждения о дворянстве или известности останутся догадками.

Кокузей — яркий пример того, как одно слово может хранить память о внешности предка, его языке и регионе, где он жил. Фамилия не потерялась, но осталась редкой, что делает её особенно интересной для тех, кто её носит.