Фамилия Колокольнева — редкий пример того, как церковная архитектура перешла в фамильное прозвище, а затем и в официальную фамилию. В основе лежит слово «колокольня» — башня с колоколами при храме. Но связь эта не прямая: вряд ли предка так прозвали за внешнее сходство с постройкой. Скорее всего, Колокольней в народе называли человека, который работал на колокольне — звонаря или того, кто следил за колоколами. В русской ономастике такой способ образования (от названия места работы) встречается реже, чем от имени или профессии, но он абсолютно логичен: ср. фамилии Пономарёв (от пономаря), Дьячков (от дьячка), а также Звонарёв.

Суффикс «-ев» указывает на принадлежность: «чей?» — Колокольнев, то есть сын или потомок Колокольни. Форма Колокольнева — женский вариант, но в быту и документах она закрепилась как неизменяемая фамилия для женщин. Интересно, что в некоторых говорах слово «колокольня» могло иметь переносное значение — так могли назвать высокого, худого человека (по аналогии с вытянутой башней). Однако эта версия менее убедительна: прозвища по росту обычно образовывались иначе (Долгий, Высокий), а привязка к конкретному предмету храма указывает именно на служение при церкви.

Фамилия нечастая, сконцентрирована в центральных и северных регионах России — там, где традиционно было много каменных храмов с колокольнями. Встречаются и однокоренные варианты: Колокольников (от «колокольник» — мастер или звонарь), Колоколов (от самого колокола). Но Колокольнева стоит особняком: она образована не от предмета, а от места действия, что выдаёт в предке не мастера-литейщика, а человека, чья жизнь проходила на колокольне — возможно, звонаря или сторожа. В документах XVII–XVIII веков звонари часто упоминаются без фамилий, только по прозвищам, и лишь позже их потомки получали такие фамилии, как эта.