Фамилия Колякин — классический пример русской «патронимической» фамилии, образованной по модели «прозвище + суффикс -ин». Суффикс -ин указывает на принадлежность: Колякин буквально означает «сын Коляки» или «человек из рода Коляки». В этом её родство с сотнями других русских фамилий вроде Пушкин, Ильин или Бородин. Но вот что стояло за прозвищем Коляка — вопрос открытый, и здесь есть как минимум две версии, обе со своими корнями в народной речи.

Первая и самая прямая отсылка — к украинскому слову «коляка», что значит «большой кол, грубая палка, заострённая жердь». Прозвище могли дать человеку, чей дом был огорожен забором из кольев, — такая деталь быта легко становилась узнаваемой приметой. Но не только: «кол» — это ещё и метафора высокого, нескладного роста. В крестьянской среде долговязого парня или мужика запросто могли прозвать Колякой, прямо как в поговорке «долговязый, как кол».

Вторая версия уводит в сторону говоров и диалектов. Глагол «калякать» — разговаривать, болтать, вести неспешную беседу — был распространён в северных и центральных областях России. Человека, любителя поговорить, балагура или рассказчика, могли прозвать Калякой. А потом, под влиянием «окающих» говоров, где «о» в безударной позиции звучит отчётливо, «Каляка» превратилось в «Коляку». Такая замена гласного — не редкость в народной этимологии: ухо переделывало слово на свой лад, и новое прозвище закреплялось.

Какая версия правдоподобнее? Обе имеют право на существование. Украинский след возможен, но фамилия Колякин встречается в основном в русских регионах, а не на юго-западе. Диалектный переход от «калякать» к «Коляке» выглядит более естественным для истории именно русской фамилии. К тому же прозвища от глаголов — распространённое явление (ср. Говорков, Болтунов). Так что, скорее всего, родоначальник Колякиных был не строителем забора, а человеком словоохотливым.

Сама фамилия — не слишком частая, но и не исчезающая. Встречается в центральной России, на Волге, есть отдельные гнёзда на Урале. Сословных границ у неё не было: Колякины могли быть и крестьянами, и мещанами, и духовенством. Фамилия не несёт дворянского оттенка, но это не делает её менее интересной — за ней стоит живой язык, меткое прозвище и обычная человеческая история.